Аналитика
© Facebook / Бахтиёр Эргашев

Эргашев: исламский мир должен трансформироваться в новых реалиях

Получить короткую ссылку

Какова будет роль мусульманских стран в геополитике и глобальной экономике в ближайшие десятилетия, какие задачи и вызовы сегодня стоят перед исламской культурой и кто окажется в числе новых центров мирового влияния к середине века — об этом читайте в интервью Бахтиёра Эргашева Sputnik Узбекистан

ТАШКЕНТ, 2 окт — Sputnik, Антон Курилкин. Роль исламских стран к середине XXI века значительно вырастет — и заслуга в этом во многом будет принадлежать конгломерату Китая, России и растущей Индии, рассказал Sputnik Узбекистан заместитель директора по геоэкономике и геокультуре Центральной Азии Центра традиционных культур Бахтиёр Эргашев.

— Недавно в Казани прошла конференция "Россия и исламский мир: направления взаимодействия и поиски ответа на вызовы современности". Какие проблемы на ней обсуждались и чем объясняется интерес к этой теме сегодня?

— Говорили об исламском мире в условиях цивилизационной трансформации, об исторических и современных связях России и стран СНГ с исламским миром.

Самым важным вопросом, ключевым, стала тема нынешних угроз религиозного радикализма в исламском мире, проблемы дерадикализации слоев и групп населения, которые оказались подвержены влиянию религиозных фундаменталистов и экстремистов.

— Какова ваша позиция по этой проблеме?

— Мое выступление называлось "Исламский мир в эпоху глобальной геоэкономической и геополитической трансформации".

Я постарался заглянуть чуть дальше среднесрочных временных перспектив, хотя бы до середины XXI века с точки зрения намечающихся сегодня глобальных трендов и их воздействия на исламский мир.

Сегодня исламский мир разделен и раздроблен. Существует большое количество разделительных линий — например, богатые и бедные страны, сунниты и шииты.

Процессы модернизации в большинстве исламских стран идут медленно. В список 22 крупнейших экономик мира входит только три мусульманских государства: Индонезия, Турция, Иран. Из-за слабости исламских стран можно сказать, что они сегодня — объект воздействия и манипулирования со стороны держав неисламского мира.

Сейчас начинаются глубинные изменения в расстановке сил, меняются форматы существующих союзов и блоков, закладываются основы для новых объединений. И у исламского мира появляется "окно возможностей", шанс увеличить собственное влияние на политику на региональном и глобальном уровне.

Уже сейчас можно заметить первые сигналы начавшейся трансформации глобальной политэкономической модели. В последние десятилетия в мире идет формирование глобального среднего класса, но если раньше этот процесс был характерен для западных стран, то сегодня большая часть этой прослойки формируется в Юго-Восточной Азии — в Китае, в Корее.

Главную роль в новом устройстве мира будет играть уже не условный Запад. Китай сегодня — первая или вторая экономика мира, по разным оценкам. Индия — третья экономика мира и имеет все возможности для дальнейшего серьезного экономического роста. Есть прогнозы, согласно которым к 2030 году экономика Индии приблизится к 7 триллионам долларов (сегодня ВВП Индии равен 2,382 триллиона долларов).

Изменения приведут к обострению конкуренции между "старыми" и "новыми" лидерами. Большая часть XXI века будет веком глобальной конкуренции и противостояния США и Китая. В этом противостоянии заметная роль будет принадлежать России, обладающей ракетно-ядерным потенциалом сдерживания, сопоставимым с американским.

К Китаю и Индии присоединятся развивающиеся страны второго эшелона, и все они будут требовать изменения модели распределения благ в глобальном масштабе.

То есть на смену монополярному миру с нынешней западноцентричной моделью глобализации приходит модель "многополярного четырехугольника". Он будет окончательно оформлен к середине нынешнего века. В одном углу будут Соединенные Штаты и "коллективный Запад", в других — Китай, растущая Индия и Россия.

— Вы говорили про смену модели глобализации, в чем она заключается, на ваш взгляд?

— Современная картина мира сложилась в основном в XIX и XX веке. Тогда же появилась и нынешняя модель глобализации, которая носила ярко выраженный западноцентричный, западноориентированный характер. Был один пример, один центр — "коллективный Запад", который продвигал свои ценности и модели всеми способами — начиная от СМИ и кино и заканчивая "гуманитарными" военными интервенциями.

Благодаря этому Запад занял роль технологического и перерабатывающего центра: получая природные ресурсы из стран периферии, он их перерабатывал в продукты с высокой добавленной стоимостью и продавал обратно. Такой вот экономический империализм.

Такой мир не устраивал страны, проигрывающие от этой моноцентричной модели. На смену ей придет модель многосторонняя — двигателями изменений станут растущий в политическом и экономическом плане Китай, Индия и, в перспективе, Россия.

Уже сегодня эти страны предлагают свои проекты — например, китайская инициатива "Один пояс — один путь". Это же новая модель глобализации, но с принципиально отличающимся экономическим (а в дальнейшем — и политическим) взаимодействием.

Я уверен, что лет через пятнадцать Индия предложит свой вариант и свои глобальные инициативы.

Глобализация — процесс неизбежный, и это хорошо, что появляются новые полюса сил. Глобализация не может быть с одним центром.

— Какова будет роль исламских стран в этом меняющемся мире?

— Еще в 2005 году Джим О'Нейл, старший аналитик Goldman Sachs, в ежегодном отчете агентства говорил о формировании "группы 11" из Мексики, Нигерии, Египта, Турции, Ирана, Пакистана, Бангладеш, Индонезии, Вьетнама, Южной Кореи и Филиппин.

По его расчетам эти страны имеют серьезный потенциал превращения своих национальных экономик в крупные локомотивы международной системы экономических отношений в XXI веке наряду со странами БРИКС. Семь из одиннадцати государств в данном списке — мусульманские.

К 2050 году изменится и структура списка 22 ведущих экономик мира — число исламских стран в нем вырастет с нынешних трех до шести.

У исламского мира есть серьезная возможность успешной реализации политики модернизации, есть шанс занять более серьезное место в глобальной мировой экономике. Это повысит роль этих стран в геополитических процессах и на международной арене. А значит, есть возможность перехода от статуса манипулируемого объекта к статусу самодостаточного субъекта.

Но в одиночку таких результатов достигнуть сложно — есть необходимость объединения усилий и потенциала для усиления своего влияния.

Совсем недавно в Астане прошел саммит лидеров исламских стран, где говорили о вопросах развития инноваций и науки. Была достигнута договоренность о создании шести суперкомпьютеров, которые будут использоваться всеми странами организации, было принято решение о проведении международной олимпиады имени основателя алгебры Аль-Хорезми по физике, математике и кибернетике.

Это очень хороший пример того, что лидеры мусульманских стран могут договариваться и ставить перед собой серьезные цели. Исламский мир постепенно учится объединять свои усилия, выдвигать общие идеи и инициативы, способствующие развитию и модернизации мусульманском мире.

Подписывайтесь на канал Sputnik Узбекистан в Telegram, чтобы быть в курсе последних событий, происходящих в стране и мире.